Искандер Махмудов Андрей Козицын вновь в центре скандала. На этот раз "рвануло". И "рвануло" на подконтрольной им шахте....

Взрыв произошел в субботу на шахте градообразующего предприятия города Гай Оренбургской области – Гайского ГОКа. Погибли трое, еще около 100 человек удалось эвакуировать.

Предприятие является дочерней структурой компании УГМК Искандера Махмудова и Андрея Козицына с 1999 года. Стоит отметить, что в середине марта Махмудов вышел из состава контролирующих бенефициаров УГМК, но это, скорее всего – лишь номинально. Недавно, как сообщал The Moscow Post "империя Махмудова" позарилась на золотодобытчика Petropavlovask, так что не время отходить от дел.

Некоторые источники сообщают, что после происшествия пресс-служба УГМК оперативно открестилась от произошедшего, заявив, что накануне подготовка к бурно-взрывным работам "велась с соблюдением требований, инструкций и единых правил безопасности". То же самое ответили и в 2014 году, когда из-за взрыва на шахте "Клетьевая" погибли четверо – писал Regnum. В причинах произошедшего разбирался корреспондент The Moscow Post в Оренбургской области.

Откуда "дровишки"?

Основной владелец УГМК Искандер Махмудов буквально вырос на богатом на трагедии Гайском ГОКе, придя туда в 1998 году на должность гендиректора и после приватизации УГМК получив полноценный контроль над компанией. Он не может не знать какие проблемы существуют внутри, и что нужно делать, чтобы не допустить трагедий. Однако вместо развития предприятия бизнесмен, судя по всему, печется только о своих финансовых интересах – на УГМК, в частности, оформлено крупнейшее охотничье угодье в области.

За промысел на нем бизнесмен нещадно "стрижет" деньги с охотников по "московским расценкам". Недовольные даже обращались по этому поводу к УФАС - сообщало издание "56 медиа", только чиновники отвечают – мы повлиять никак не можем, хозяин, как говорится, барин.

Еще интереснее ситуация на самом УГМК. Недавно Гайский ГОК сменил управляющую компанию с "УГМК-Холдинга" на ОАО "Уральская горно-металлургическая компания" – за которой фактически стоят интересы тех же людей, что и за предыдущей – то есть Махмудова и гендиректора обоих фирм Андрея Козицына. Причем кроме Гайского ГОКа, под юрисдикцию новой УК попали и другие предприятия УГМК – "Уралэлектромедь", Челябинский цинковый завод и ряд других производственных организаций. Зачем же понадобилась такая "перепись"? А все очень просто – ответ опять – ради денег.

Своей УК ГОК ежегодно отдает 2,2 млн рублей в качестве платы за услуги, а выручка ОАО в несколько раз ниже, чем у "УГМК-Холдинга", так что есть основания полагать, что в компанию хотят влить больше, чем там есть на сегодняшний момент. Но зачем? Эксперты говорят, что таким образом предприятия готовят к привлечению крупных денежных займов. Форма АО более прозрачна, так что это также выгоднее с точки зрения привлечения потенциальных инвесторов. В чем, в чем, а в том, как урвать кусок пожирнее – Махмудов и Козицын не знают себе равных.

К слову, на протяжении последнего десятилетия "УГМК-Холдинг" активно закладывал свои дочерние предприятия для получения банковских кредитов – тот же Гайский ГОК стал поручителем на 15 млрд рублей. К тому же, если вспомнить подозрения на вывод средств через ГОК, возникают предположения, что ОАО может бать своеобразным подспорьем для дочерней структуры в этом вопросе.

Вот, вкратце – чем заняты Махмудов и Козицын на своих предприятиях – куда уж тут для закупок нового оборудования, модернизации и прочей "ерунды", когда на кону миллиардные суммы, которые надо придумать, как "выдоить" из очередного банка или инвестора и вывести в офшоры.

Хотя будем справедливы – совсем на свои предприятия их бенефициары не "забивают" – вот, например, буквально в конце прошлого года на сайте УГМК вышла новость о том, что Гайский ГОК строится на месторождении "Подольское" – расширяются ребята, ничего не скажешь. Плодят новые шахты, главное только, чтобы и оборудование туда поставили не подержанное, а то не ровен час, и "Подольское" замелькает в новостных сводках о гибели горняков.

Предприятие-"могила"

Предыдущие трагедии, казалось, должны были поспособствовать проведению комплексной проверки безопасности, но возникают большие сомнения в ее осуществлении, ведь в том же 2014 также от взрыва на той же шахте "Кленьевая" погиб 43-летний электросварщик. Также под завалами на шахте в 2020 году погиб еще один человек.

Еще один не столь трагичный, но тем не менее, несчастный случай произошел на предприятии ГОКа в 2017 году – в ночную смену на 11 участке ПР катушкой с кабелем сломало ногу одному из рабочих. В 2013 тяжелые травмы получил 35-летний подземный рудник-слесарь, доставленный в больницу с черепно-мозговой травмой, ушибом грудного отдела позвоночника и грудной клетки, полученными в результате падения на него горной породы. Примерно тогда же 23-летный машинист получил аналогичные повреждения из-за падения на него металлоконструкции. И таких случаев масса. Кто и когда будет нести за это ответственность?

Начинает вырисовываться определенная система. На предприятии УГМК с некоторой периодичностью происходят события, ведущие к травмированию и гибели людей, и оно все равно до сих пор функционирует. Более того – получает госконтракты и наращивает выручку.

Фото: https://www.rusprofile.ru

Фото: https://www.rusprofile.ru

На кого работают следователи?

Кроме того, на ГОКе неоднократно выявляли несоблюдения природоохранного законодательства. Но и здесь, есть ощущение, что песня та же – сколько ни выявляй, а меняться ничего не будет. Слишком уж влиятельная фигура – Искандер Махмудов, чтобы его можно было так просто привлечь к ответственности. Ходят слухи, что он сотрудничает со следователями, или, вернее, следователи работают на него.

Как иначе объяснить, например, тот факт, что в начале нулевых предприятие Махмудова благополучно и без проблем получило контроль над предприятием Карабашский медеплавильный комбинат (Карабашмедь) – единственным поставщиком главного конкурента махмудовской "Уралэлектромеди" Кыштымского медеэлектролитного завода (КМЗ), далее обанкротило его (речь о "Карабашмеди"), чем нанесло непоправимый ущерб конкуренту, и ничего бизнесмену за это не было? Причем "КМЗ" обращался в суд неоднократно. Однако выхлопа это не дало.

Махмудов знаменит не только этим – во-первых, он получил контроль над самой УГМК при не до конца выясненных обстоятельствах, ему же приписывают ряд рейдерских захватов промышленных предприятий. В 2011 году его обвиняли в отмывании денег на пару с Олегом Дерипаской – писал "Интерфакс". Причем весточка пришла из Испании – следователи считают, что "коллеги" выводили средства из России через компанию Vera Metalurgica, причем не в одиночку, а с целой преступной группировкой под названием "Измайловская".

Махмудов и его партнер Козицын также могут иметь отношение к нескольким уголовным делам по фактам хищений акций дочерних предприятий ОАО "Нижневартовскнефтегаз", акций ОАО "Магнитогорский металлургический комбинат", некоторые источники пишут, что в шламах, принадлежащих Гайскому ГОКу, также происходили хищения драгметаллов.

Фамилии партнеров связывают с рядом офшоров – как пишет URA.RU, в 2020 году активы УГМК вывели в кипрский "Халдивор Файнанс Лимитед". По факту, несмотря на выход Махмудова из акционеров, фактически он может стоят за этим офшором и продолжать контролировать компанию.

Согласно данным "Руспрофайла", головная структура махмудовско-козицынской империи из офшоров в принципе не вылезает. С учетом того, сколько у нее дочерних предприятий банкротов, про часть из которых говорят, что они получены не совсем законным путем, возникают подозрения, что деньги из них могли выводиться заграницу.

Фото: https://www.rusprofile.ru

Не только УГМК

Не УГМК единым и предприятиями, связанными с горнодобывающей промышленностью, красен Махмудов – он также владеет акциями "Трансмашхолдинга" – крупного поставщика вагонных составов, имеющего многомиллиардные контракты с правительством Москвы.

Фото: отчетность "Метровагонмаша"

Лоббировать интересы Махмудова может и новый замминистра энергетики РФ Сергей Мочальников – его предполагаемый брат входил в состав учредителей махмудовского "Кузбассразрезугля". Так что господин угольный олигарх, кажется, имеет своих людей везде. Тогда понятно, почему несмотря на многочисленные нарушения на его предприятиях, их никто не трогает…

Козни Козицына

C ближайшим партнером Махмудова, которому он доверяет управление УГМК и его дочерними предприятиями Андреем Козыциным у бизнесмена наметился разлад. Сейчас партнеры делят активы и, кажется, собираются порвать отношения. А все потому, что Козицын за спиной олигарха мог выводить деньги из банка "Кольцо Урала", которым они ранее владели вместе – из-за этого могла сорваться крупная сделка по покупке УГМК золотодобытчика "Высочайший". Мы ранее подробно освещали эту историю.

Суть в том, что Козицын мог участвовать в схеме, когда на протяжении нескольких лет банк выдавал заведомо невозвратные кредиты при помощи сети специально для этого созданных организаций. Потом эти средства выводились и расходовались на нужды руководителей и топ-менеджеров "УГМК-Холдинг" и банка "Кольцо Урала" – об этом рассказал один из участников схемы, задержанный правоохранителями – предприниматель Владимир Дягилев, который взял через свою контору "Смартлайн" в "Кольце Урала" кредит на 354 млн рублей и не вернул – сообщал РБК.

К слову, есть версия, что банк мог использоваться еще и для вывода средств из УГМК в обход господина Махмудова. У Козицына был такой доверенный человек – Олег Мелюхов, что работал заместителем последнего. Этот милый господин замешан в целой плеяде скандалов – в том числе он якобы с подачи Козицына стоял за организацией митингов против строительства в Екатеринбурге телебашни компанией "Атомстройсервис". Говорят, Козицын пытался завладеть этой фирмой и подмять под себя рынок недвижимости.

Что сказать – партнеры Махмудов и Козицын – два сапога пара. Причем и с криминальной точки зрения: ходя слухи, что Мелюхов потому все время держится около Козицына, что знает о его темном прошлом – в том числе одну историю про убийство экс-советника главы УГМК по безопасности Евгения Пильберга, о котором писал "Коммерсант".

Незадолго до трагедии в стенах УГМК произошел конфликт, после которого Козицын в рекордно короткие сроки выдал Пильбергу последнюю зарплату и отправил на все четыре стороны. Тот, говорят, сильно обиделся и хотел продать информацию о не очень чистоплотных делах Козицына "и компании" тому, кто больше заплатит, только почему-то не дожил до этого момента.

Вот и получается – партнеры делят активы и купаются в собственных проблемах, одновременно пытаясь урвать кусок побольше – им точно не о безопасности на предприятиях, у них своих забот полно. Правоохранительные органы то ли боятся, то ли не хотят вмешиваться в деятельность Махмудова и Козицына, а люди гибнут. Сколько еще должно произойти трагедий, чтобы кто-то понес за это ответственность?

Читать на "The Moscow Post"