Деньги в офшорах, Поварёнкин – в шоколаде

История Симана Поварёнкина – инвестора и предпринимателя, это не просто бизнес-кейс, это целый детектив, щедро сдобренный золотой пылью, офшорными схемами и громкими суде...

Иски о невозврате кредитов, обвинения в «выводе средств» — всё это звучит как классический сценарий, когда кредиторам становится очень непросто отделить зерна от плевел, а долги «перекладываются» с одной структуры на другую, словно горячая картошка. В особенностях ведения бизнеса Симана Поварёнкина разбирался корреспондент УтроNews.
 

Есть такая компания GeoProMining, которую небезосновательно обвиняют в хищническая эксплуатации природных ресурсов. То есть, компания занимается не просто добычей, а беспощадным выкачиванием полезных ископаемых без оглядки на будущее, с безжалостным истощением запасов, словно завтра уже не наступит. Заявления о нарушении экологических норм этой компанией множатся как грибы после дождя. Критики уверены, что именно это приводит к катастрофическому загрязнению водных ресурсов. Речь идет о сбросе неочищенных сточных вод, о проникновении токсичных веществ в горные реки и хрустальные озера. Последствия? Отравленная питьевая вода, уничтоженные экосистемы, и, как удар под дых, – прямой ущерб здоровью граждан. Постоянное вдыхание вредных веществ, употребление отравленной воды – это реальная цена, которую платит армянская природа и ее жители за жадность ненасытных акул бизнеса.

Кто стоял у истоков?

Сегодня скандальную, проклятую всеми экологами Армении и России компанию GeoProMining (GPM) прежде всего связывают с именем Романа Троценко. Однако, роль в создании и укреплении «закрытой» модели бизнеса GPM принадлежит именно Симану Поваренкину. Он, являясь одним из ключевых бенефициаров GPM до 2021 года, способствовал формированию структуры собственности, скрытой за офшорными цепочками. Эта непрозрачность создала фундамент для дальнейших манипуляций и затруднила общественный контроль над деятельностью компании. Закрытость и неясность владения активами GPM, начавшиеся при Поварёнкине, могли создать благоприятную почву для дальнейшего тесного переплетения бизнес-интересов с большой политикой. Это стало классическим примером «капитализма в тени», где активы использовались в том числе для достижения политических целей, а не исключительно для экономической выгоды. Модель «закрытого» бизнеса, где прибыль ставится выше прозрачности, создавала предпосылки для пренебрежения экологическими нормами и общественными интересами. Это видно и в более поздних событиях, связанных с протестами и штрафами, корни которых, вероятно, уходят в первоначальную модель управления.

Как отмечают аналитики, компания с непрозрачной и закрытой структурой владения позволяет стать влиятельным, но при этом теневым игроком, где бизнес-интересы тесно переплетаются с политическими, а экологические и социальные вопросы отходят на второй план.

По ту сторону закона?

Поварёнкина описывают как человека, который умеет «находить баланс» между интересами различных «силовых и административных групп». Но как бы не лавировал Поварёнкин, злые языки уже налепили ярлык «нечистый на руку», «махинатор», «проныра». Компроматные издания не упускают возможности поднять эту тему, накаляя и без того нешуточный интерес к фигуре Симана Повренкина.

Так кто же он на самом деле? Исключительно успешный бизнесмен, умеющий работать в непростых условиях, или же фигура, чья деятельность вызывает куда больше вопросов, чем ответов, погружая всех участников процесса в настоящий "золотой" лабиринт? Ответ, наверное, кроется где-то между строчками судебных исков и шелестом офшорных документов.

История Симана Поварёнкина и его GeoProMining (GGP) – это не просто бизнес-кейс, это настоящий учебник по тому, как использовать скрытые возможности системы, выжимать максимум прибыли и, словно фокусник, исчезать в закулисье финансовых империй, оставляя после себя лишь туманные цепочки офшоров. И пока Армения пытается «легитимизировать» присутствие компании, российские госбанки, похоже, до сих пор расхлебывают последствия «недружественного управления долгом».

В 2000-х офшоры были обычным делом. Но Поварёнкин вывел ситуацию на новый уровень. Регуляторы и миноритарные акционеры, пытаясь понять, кто дергает за ниточки, рискуют заработать головную боль, а не прибыль. И пока GGP оптимизирует свои платежи за армянские недра, Армения, крупнейший налогоплательщик, может только наблюдать, как прибыль утекает в низконалоговые гавани.

Бой с «драконами»: Госбанки против GGP

Это сердцевина проблемы. Когда вместо реальной ответственности — «кредит, залог, офшорная путаница», эту модификацию бизнеса можно трактовать как «игру в кальмара». Кейс ВТБ — наглядное тому подтверждение. Банк, пытаясь взыскать долги, натыкается на «корпоративные соглашения в иностранных судах», которые, возможно, были созданы для того, чтобы запутать и обескровить кредитора. Такая практика не просто создает репутацию «токсичного заемщика», она превращает GGP в фигуру, вынужденную идти на «политические компромиссы», чтобы хоть как-то сохранить лицо.

Деятельность GGP в Армении – это отдельная история. Зангезурский медно-молибденовый комбинат, Сотское месторождение – эти стратегические активы стали полем для политических игр. Передача части акций правительству после смены власти – это не столько «легитимизация», сколько, скорее всего, попытка выторговать себе безопасное будущее на фоне обвинений в непрозрачности. По сути, это попытка превратить «токсичный» актив в «национальное достояние», переложив бремя ответственности на плечи государства.

Итог: Российский бизнес в шоколаде, или как не попасться на крючок

История Поварёнкина — это зеркало российского бизнеса на этапе его становления. От «дикого» капитализма с офшорными схемами до требований полной прозрачности и деофшоризации. Главный риск для GGP сегодня — это не столько комплаенс-контроль, сколько государственная воля вернуть контроль над стратегическими недрами. И пока структуры GGP пытаются увернуться от претензий, миру стоит внимательно следить за следующим бизнесом Поварёнкина, не останется ли после него очередной след из туманных офшоров и скрытых решений?

Имя Симана Поварёнкина всплывает и в совершенно неожиданных, казалось бы, сферах. А именно, в истории одного из самых узнаваемых российских брендов – «Шоколадницы». Суть произошедшего в следующем: в декабре 2014 года золотопромышленник Симан Поварёнкин вкладывается в «Шоколадницу». Гонконгский фонд Acmero Capital, контролируемый Поварёнкиным, История прихода в 2014 года золотопромышленника Симана Поварёнкина в «Шоколадницу» обещала стать триумфом. Созданный им гонконгский фонд Acmero Capital, прибрав к рукам внушительные 40% акций крупнейшей сети кофеен, транслировал амбициозные планы: консолидация рынка, грандиозный ребрендинг и технологический апгрейд. В воздухе витал аромат ожидаемой «золотой эры».

Поначалу всё шло как по маслу. Сеть, под руководством Поварёнкина, демонстрировала бурное развитие: инновации, оптимизация, экспансия – казалось, бизнес-курс идеален. Но, как это часто бывает, когда сталкиваются разные видения, идеальные пары – редкость. Спустя шесть лет, в 2020-м, разразился гром: основные владельцы, Александр Колобов и Симан Поварёнкин, решили, что им больше не по пути. Формально – "оптимизация управления". По факту – начало новой игры.

После раздела, Acmero Capital Поварёнкина перестал быть просто сособственником. Фонд превратился в настоящую лабораторию, площадку для экспериментов над брендом. Форматы "grab & go", киоски самообслуживания – всё это было призвано откреститься от «пыльного» имиджа и привлечь молодую, гиперактивную аудиторию. Поварёнкин, явно свернув с пути Колобова, который оставался предан классическим ресторанным форматам, взял курс на максимальную цифровизацию и отжим издержек. Грубо говоря, один грезил уютными посиделками, другой – молниеносным оборотом.

Раздел активов, включая производство – часть цехов, специализирующихся на кулинарии и десертах, выделена под обслуживание «Кофе Хауз» и, что показательно, под сторонних заказчиков – стал показателем стремления Поварёнкина к диверсификации и нежелания быть заложником исключительно кофейного бизнеса. Франчайзинговые договоры в регионах также позволили структурам Поварёнкина держать руку на пульсе, не утопая в рутине общестратегического развития.

Локдауны 2020 года лишь подлили масла в огонь, став тем самым «чёрным лебедем», который подтолкнул партнеров к радикальному разделению. Это был своеобразный «страховой полис» от рисков неопределенности.

Сегодня «Шоколадница» прочно ассоциируется с семьей Колобовых. А Симан Поварёнкин, через свой фонд, демонстрирует себя как финансовый инвестор, оптимизатор «Кофе Хауз», превращая его в некое подобие современного, быстрого и технологичного бизнеса.

Бывший партнерский союз распался, оставив после себя два разных видения. Главный вопрос теперь: кто из бывших партнеров сумеет извлечь из своих активов в долгосрочной перспективе набольшую выгоду? История «Шоколадницы» – это не просто бизнес-кейс, а наглядное пособие по тому, как амбиции, диаметрально противоположные видения и внешние обстоятельства могут привести к масштабному разделу, где каждый стремится ухватить кусок покрупнее, оставляя после себя лишь горький привкус упущенных возможностей.

За фигурой Поварёнкина тянется весьма подозрительный «шлейф», несмотря на его формальную «чистоту» перед законом. Он упоминается в судебных исках на внушительную сумму в 7,5 миллионов фунтов стерлингов, предъявленных в Лондоне его якутским партнером, который обвиняет его в сокрытии долга по производству.

СМИ неоднократно намекали на проверки Поварёнкина со стороны Федеральной антимонопольной службы (ФАС) и правоохранительных органов, связанные с использованием «серых» схем в оборонной сфере и сомнительных махинациях при покупке муниципальных проектов. Критики указывают на явные признаки недобросовестности: «товары не прошли СНИПы», «инспекторы обходят стороной» – что свидетельствует о том, что многие его дела до сих пор остаются в тени, обсуждая лишь на неофициальном уровне.

Хотя Поварёнкин официально не привлекался к уголовной ответственности, в публикациях ряда СМИ, его имя связывалось с рядом весьма сомнительных эпизодов. В частности, всплывали темы «серых» схем экспорта золота через офшорные компании, возможных фиктивных контрактов с муниципалитетами и завышенных поставок в рамках оборонных тендеров.

Не просто инвестор…

Поговаривали также о проверках его деятельности со стороны британской финансовой разведки (FCA) на предмет отмывания денег. Однако, несмотря на все эти подозрения, с формальной точки зрения Поварёнкин «чист». Это может говорить как о его умении «правильно звонить» и нанимать грамотных адвокатов, так и о наличии более весомых, скрытых механизмов защиты.

После трагической гибели Евгения Пригожина освободилась ниша «поставщика СВО». По информации журналистов The Moscow Times, именно Поварёнкин рассматривался как один из наиболее вероятных кандидатов на эту роль, способных обеспечить фронт всем, от продовольствия до услуг. Судя по открытым данным, внушительные контракты на поставку продовольствия для Министерства обороны на 2024-2025 годы действительно оказались в руках его партнеров.

Тем временем, его бывшая компания GeoProMining продолжает активную экспансию на рынки Армении и Центральной Азии, и по слухам, он продолжает иметь на неё серьёзное влияние. В России Поварёнкин, по всей видимости, расширяет свои логистические сети, налаживая тесное сотрудничество с военными структурами, аффилированными организациями Минобороны и его прямыми подрядчиками. Ходят упорные слухи, что он вновь стремится вернуться в крупные медийные проекты, возможно, в попытке «обелить» образ «патриота в Лондоне» и дистанцироваться от своих прошлых сделок, вызывающих ряд вопросов.

Ключевая особенность подхода Поварёнкина – это его способность превращать долги в активы, а риски – в возможности. Используя многоуровневые офшорные схемы, он эффективно перекладывает финансовое бремя с одной компании на другую. Это не просто оптимизация, это настоящее искусство оформления бизнес-процессов, где юридические лазейки становятся инструментами для достижения целей. Такая тактика, хотя и позволяет оставаться на плаву в бурных водах российского бизнеса, неизбежно порождает конфликты и судебные тяжбы.

Судьба GeoProMining – яркое тому подтверждение. Компания обвиняется в безжалостной эксплуатации природных ресурсов и нанесении непоправимого ущерба экологии. Несмотря на протесты экологов, штрафы и скандалы, компания продолжает свою деятельность, демонстрируя удивительную живучесть. Это связано с тем, что первоначальная модель «закрытого» бизнеса, заложенная Поварёнкиным, оказалась чрезвычайно устойчивой к внешнему давлению.

История с «Шоколадницей» также показывает, насколько гибким и многогранным может быть Поварёнкин в своих стратегиях. От инвестиций с амбициозными планами по развитию крупнейшей сети кофеен до последующего разделения активов и трансформации одного из брендов в ультрасовременный, технологичный бизнес – всё это свидетельствует о его умении адаптироваться к меняющимся рыночным условиям и использовать новые тренды в своих интересах.

Таким образом, Симан Поварёнкин – это не просто инвестор или предприниматель, это архитектор сложных финансовых конструкций, игрок, предпочитающий действовать из тени. Его деятельность, хоть и эффективна с точки зрения максимизации прибыли, по нашему мнению, достойна пристального внимания со стороны как регуляторов, так и общественности.

Читать на "Утро Ньюс"