Пораскинули мозгами…   

Последние девять лет ознаменовались для российской науки тревожной тенденцией: число исследователей сократилось на целых 20%. Это не просто сухая цифра, а явный индикатор...

Снижение привлекательности академической карьеры, вкупе с хроническим недофинансированием, приводит к печально известному явлению – «утечке мозгов». Наиболее талантливые и перспективные ученые покидают страну в поисках лучших условий для работы и жизни. Эта тенденция ставит под угрозу амбициозные цели государства по достижению технологического суверенитета, ведь именно научные кадры являются фундаментом для инновационного развития.

Проблема не ограничивается лишь оттоком специалистов за рубеж. Значительная часть молодых и перспективных учёных выбирает карьеру в российском коммерческом секторе, где намного выше зарплаты, при этом отсутствуют бюрократические препоны, которые часто замедляют научный прогресс в академической среде.

Что происходит с российской наукой? Как вернуть престиж профессии ученого и остановить отток кадров? Ответы на вопросы попытался найти корреспондент УтроNews.

Конечно, наука по-прежнему манит к себе яркие умы. Немало выпускников вузов, полных амбиций и таланта, готовы пройти через все тяготы аспирантуры, довольствуясь скромной стипендией, и трудиться в лабораториях за символическую плату, чтобы получить заветную степень кандидата наук. Но, достигнув этой ступени, многие, к сожалению, теряют интерес к дальнейшей научной деятельности. Статус кандидата наук становится для них своего рода трамплином, позволяющим выгодно «продать себя» в других, более высокооплачиваемых сферах. Это приводит к тому, что из науки уходят не только молодые специалисты, но и, что гораздо болезненнее, опытные кадры среднего возраста (35-50 лет), в которых уже вложено немало сил и государственных средств. Такое «вымывание» специалистов среднего звена создает серьезную проблему: нарушается преемственность поколений. В результате, в науке остаются либо ветераны, либо молодые карьеристы, которые изначально рассматривают защиту диссертации лишь как ступеньку для дальнейшего развития в других областях, не связанных с наукой, или даже для отъезда за границу. Это ставит под угрозу будущее российской науки, лишая ее ценных кадров и нарушая естественный процесс передачи знаний и опыта.

Одной из ключевых причин сложившейся ситуации становится недостаточное финансирование научных исследований и, как следствие, низкий уровень заработной платы для научных сотрудников. По окончании аспирантуры, молодые кандидаты наук сталкиваются с необходимостью обеспечивать себя и свои семьи, и, зачастую предлагаемые научными учреждениями, условия не выдерживают конкуренции с предложениями частного сектора, ориентированного на прикладные разработки и инновации https://top-technologies.ru/article/view?id=34518 .

Убивает творчество бюрократизация научного процесса, излишняя отчётность, которая отвлекает ученых от непосредственной исследовательской работы. Вместо того, чтобы посвящать себя научным открытиям, кандидаты наук вынуждены тратить значительную часть своего времени на документацию, отчеты и согласования, что снижает мотивацию и удовлетворение от работы.

Наука – дорогое «удовольствие»…

Ситуация усугубляется отсутствием четких карьерных перспектив внутри самой академической среды. Молодые учёные жалуются на интриги, кумовство, которые мешают таланливым, но не обладающим необходимыми связями молодым учёным выигрывать гранты на независимые исследования, продвигаться, и получать заслуженное признание… В результате, многие начинают искать новые пути для самореализации, где их знания и опыт будут оценены по достоинству.

Ещё в 2021 году Николай Долгушкин (на тот момент главный ученый секретарь президиума РАН) заявлял, что число высококвалифицированных специалистов, уезжающих из России, увеличилось в 5 раз с 2012 года (с 14 тысяч до почти 70 тысяч в год).

Цифры, озвученные Российской Академией наук уже не статистика, а крик о помощи. Ежегодно страну покидают десятки тысяч людей, чей интеллект и знания являются бесценным капиталом. Особую тревогу вызывает ситуация с выпускниками ведущих технических вузов – МФТИ, МИФИ, МГТУ им. Баумана. Молодые, амбициозные умы, в которые вложены огромные ресурсы российской образовательной системы, оказываются невостребованными Россией, а находят себя на мировом рынке интеллектуального труда, где их с распростёртыми объятиями принимают ведущие научные центры и крупнейшие корпорации.

Ситуация в топовых вузах

Финансовая сторона проблемы не ограничивается заработками. Современная фундаментальная наука вообще – дорогое удовольствие, требующее многомиллиардных бюджетных вложений. А там, где речь идёт о государственной казне, на пути учёного-исследователя неумолимой стеной встаёт казённая бюрократическая машина. Пока западные ученые получают нужные реактивы по первому требованию, российские исследователи тонут в болоте ФЗ-44 и ФЗ-223. Российские законы требуют полугодовых тендеров, и российский деятель науки, зачастую, получает всё необходимое для исследований тогда, когда необходимость в этих исследованиях уже отпала – результат уже получен и запатентован коллегой из США, которому всё, что было нужно, предоставили за считанные часы без лишних вопросов.

Вместе – тесно, врозь – хоть брось…

При этом, траты федерального бюджета на научные исследования гражданского назначения (в процентах от общих расходов бюджета) достигли самого низкого уровня с 2017 года. Такие данные содержатся в отчете Института статистических исследований и экономики знаний НИУ ВШЭ. И это несмотря на то, что существует поручение президента Владимира Путина увеличить расходы на науку к 2030 году.

Современной науке сложно развиваться в изоляции. Если до 2022 года эксперты говорили о «циркуляции мозгов» – временном отъезде ученых за рубеж для получения необходимого опыта с последующим возвращением, то теперь этот механизм в значительной степени разрушен. Более того, мы наблюдаем феномен «тихой утечки»: специалисты, формально оставаясь в России, работают на зарубежные стартапы, фактически не принося пользы отечественной науке и экономике. Это не просто потеря человеческого капитала, это подрыв национальной безопасности. С другой стороны – для учёных стало небезопасным любое сотрудничество с зарубежными коллегами, особенно в области исследований, связанных с государственными секретами. На февраль 2026 года в числе наиболее известных ученых, которые находятся под следствием или уже отбывают наказание, фигурируют:

Александр Шиплюк — директор Института теоретической и прикладной механики (ИТПМ) СО РАН. В сентябре 2024 года приговорен к 15 годам колонии строгого режима. Его обвинили в передаче секретных данных на конференции в Китае.
 

Анатолий Маслов — главный научный сотрудник ИТПМ СО РАН. В мае 2024 года приговорен к 14 годам лишения свободы за передачу данных, связанных с гиперзвуковыми технологиями. Надо заметить, что на момент вынесения приговора ему исполнилось 78 лет.
 

Валерий Звегинцев — доктор технических наук, основатель лаборатории в ИТПМ СО РАН. Находится под следствием (был помещен под домашний арест в 2023 году) из-за публикации статьи в иранском научном журнале.

По некоторым оценкам, на начало 2026 года общее число ученых и преподавателей, находящихся в заключении или под следствием по подобным делам оценивается в 31 человек.

Нашим же салом…

В свою очередь, Россия пытается всячески поощрять ведущих зарубежных учёных к сотрудничеству. В 2010 году была запущена программа «Мегагрантов». Результаты, на первый взгляд, впечатляют: создано более 350 лабораторий мирового уровня, среди тех, кто участвует в развитии российской науки есть даже нобелевские лауреаты. Российский научный фонд (РНФ) играет роль главного «спонсора» фундаментальных исследований, направляя средства на конкретные исследовательские группы, в том числе молодежные. Гранты для кандидатов и молодых докторов наук, сопоставимые по размеру с европейскими стипендиями, действительно помогают удерживать выпускников в стране на первые 3-5 лет. Однако, бюрократическая машина и здесь неумолимо вмешивается в процесс: грант рассчитан на три года, и далеко не все запущенные проекты получили продолжение: некоторые после прекращения финансирования «схлопывались», а молодые кадры, обученные по международным стандартам за российские бюджетные деньги, отправлялись в поисках лучшей доли за рубеж…

Несмотря на предпринятые государством шаги, проблема «утечки мозгов» не только не решена, но и трансформируется под влиянием меняющейся геополитической обстановки. Программы поддержки науки важны, но их эффективность сталкивается с фундаментальными вызовами отечественной научной системы. Ограниченный горизонт планирования, изоляция от мирового научного сообщества и избыточная бюрократия – продолжают выталкивать самых талантливых специалистов за пределы России. Чтобы переломить негативную динамику, необходимы не только финансовые вливания, но и глубокие реформы институтов, связанных с научной деятельностью, предоставление исследователям стабильности и, в то же время, творческой свободы. В противном случае, мы продолжим наблюдать «тихую», но необратимую эрозию нашего самого ценного национального достояния – человеческого капитала.

Читать на "Утро Ньюс"